«Словно мухи, тут и там, ходят слухи по домам…»

Папа Римский Франциск в недавнем обращении к журналистам сравнил распространение ложной информации с манипулятивной тактикой библейского змея-искусителя, который «накормил» Адама и Еву фейковыми новостями, сделав их всезнающими подобно Богу. Вывод об использовании подобных сатанинских практик был сделан понтификом после дебатов о том, сколько поддельных новостей повлияло на предвыборную президентскую кампанию Дональда Трампа. Необычное сравнение фейков и сплетен с запретным плодом – ещё один повод задуматься о природе и значении этих, казалось бы, заурядных вещей.

Мы привыкли к тому, что слухи – это неотъемлемый атрибут бабушек у подъездной лавочки. Но при более внимательном рассмотрении это оказывается целое явление – социальное, психологическое, информационное, политическое и т.д., предмет масштабных научных исследований. Становясь частью информационных и политических войн, влияя на формирование общественного мнения, формируя масштабные маркетинговые и pr-стратегии, слухи и сплетни давно вышли за бытовые рамки.

 

Слухи как наука

 

Дмитрий Ольшанский, политолог, один из основателей российской школы политической психологии, дал следующее определение слухам – «это обычно недостоверная информация и/или искажённая форма передачи любой информации, придающая ей некоторую особенность, передающаяся только в устной форме, «по большому секрету». Важно подчеркнуть, что это всегда непроверенная информация. Если на определённом этапе слухи подтверждаются фактами, то они автоматически перестают быть слухами и переходят в разряд достоверных знаний.

Изучение слухов на серьёзной научной основе началось в 30-е гг. ХХ века, когда немецкие военные провели ряд засекреченных экспериментов по этой теме. Наряду с министерством пропаганды Геббельса, в фашистской Германии не менее «успешно» функционировало ведомство Отто Олендорфа, группенфюрера СС, занимавшегося сбором сведений о положении дел внутри страны и регулярно поставляющего руководству Третьего рейха информацию о слухах и людской молве, основанной на сборе сведений от осведомителей из разных сфер. После Второй мировой войны к проблеме подошли вплотную, основным центром исследования проблемы стали США. И хотя всякая коммерческая спекуляция со слухами и сплетнями официально была запрещена, по оценке экспертов, продвижение при помощи этих инструментов могло быть сопоставимо с продвижением при помощи СМИ. Впоследствии все исследования были взяты под контроль спецслужбами американской армии.

 

 

В 1947 году был сформулирован основной закон слуха, в основе которого лежит зависимость от важности темы и неопределённости ситуации. Формула выглядит так: R=i×a, где R – rumor (слух), i –  impotance (важность), a – ambiguity (двусмысленность).

Существуют различные классификации слухов, в основе которых лежит деление по следующим признакам:

  • информационный: ключевую роль играет степень недостоверности информации и наличие правдоподобных и неправдоподобных элементов;
  • эмоциональный: важным является эмоциональный посыл, лежащий в основе слуха, ожидания человека;
  • сила влияния на психику людей: возможность оказывать воздействие на настроение целых групп, социальные связи, общественное поведение.

Вот наиболее интересные виды слухов, встречающиеся в разных классификациях.

 

 

«Слух-пугало» распространяется с целью посеять панику и нарушить стабильность в обществе. Вызывает исключительно негативные эмоции. Такие слухи распространяются в периоды социальных потрясений – реформы, смена власти, политические катаклизмы, перевороты, военные действия. В основе «слуха-пугала» лежит определённый набор сюжетов. Например, слухи о якобы резком повышении цен на продукты, нефть, грядущем голоде, возможном обвале валюты и пр. Такие слухи распространялись в России в 1990-91 гг., в Афганистане в 1980 г. Веря слухам, население бросается в магазины и сметает товар сильно впрок, с огромным запасом. В результате, продовольствие пропадает с прилавков, цены растут, предложение не успевает закрыть спрос – круг замыкается. Продовольственная паника может возникнуть и в относительно спокойное время. Достаточно вспомнить «гречневый ажиотаж» в России в 2010 и в 2014 годах, который отражается на конъюнктуре рынка. В ситуации во многом были виноваты сети, играющие на нервах покупателей. Чтобы сдержать потребительскую панику, СМИ стали публиковать многочисленные статистические отчёты о сборе урожая, интервью представителей отрасли, Минсельхоза, доказывающие, что в стране нет дефицита сырья, а шумиха искусственно раздута. «Слухи-пугало» удивительно легко распространяются среди населения с невысоким уровнем грамотности. Так, в 1917–1918 гг. в белогвардейских изданиях и американских и западноевропейских газетах активно распространялся миф о том, что большевики, стремясь разрушить институт семьи, решили «обобществить» всех женщин. За основу был взят декрет владельца небольшой мануфактуры Хватова, предлагающий создать «семейную коммуну». Инициатива поддержана не была, автор со своими «похотливыми воззрениями» был назван «отрыжкой буржуазного общества» и осуждён товарищеским судом. Дело было закрыто, но не забыто. Его взяли на вооружение названные СМИ, агитируя население против советской власти.

 

«Слух желание» содержит в себе сильный эмоциональный посыл, соответствующий стремлениям людей. Этот вид слухов имеет двоякую природу. С одной стороны, он поддерживает стимул социального существования человека, противостоя возможной панике и деструкции, с другой стороны, заведомо невыполнимые желания могут привести к определённой деморализации. Классическим примером слухов-желаний являются примеры из военной истории. В войне с Францией в 1939 году немцы активно стали распространять среди противника слухи о близящихся переговорах. Это значительно ослабило французское сопротивление, и дало немцам значительные преимущества. Такие слухи обычно тщательно подготавливаются сотрудниками спецслужб и проходят по одной схеме «ожидание – разочарование – деморализация».

 

«Агрессивные слухи» во многом похожи на «пугало», однако цель в данном случае более эмоциональна – вызвать жёсткую, агрессивную реакцию, враждебное состояние. Наглядно действие таких слухов отражается в период межнациональных конфликтов. Все вспомнят, как во времена чеченских кампаний ходило огромное количество «рассказов очевидцев» о жутких зверствах с одной и с другой стороны. Цели этого объяснять нет смысла. Но за редким исключением эту информацию невозможно было проверить, а грубые несоответствия выявлялись легко. Или недавняя история о химатаке в сирийской Думе и 11-летнем мальчике, якобы пострадавшем от химического оружия. Российский МИД доказал, что ролик, освещающий эти события, был постановочный, а в провокации с химоружием обвинил власти Великобритании и США. Надо подчеркнуть, что в сложившемся военном конфликте «агрессивные слухи» являются часто используемым инструментом. Организация «Белые каски», позиционирующая себя как гуманитарная, неоднократно была замешена в ряде распространения фейковых новостей против сирийского президента. Как бы там ни было, пока велось расследование вокруг Думы, США, Великобритания и Франция нанесли очередные удары по Сирии.

 

 

«Нелепые слухи» стоят несколько в стороне, потому что могут вмещать в себя черты всех выше перечисленных видов. Они могут и пугать, и вызывать ярость, и отражать желание, но основная черта «нелепых слухов» таится в названии, это – дурацкая фантастичность. Такие слухи не имеют под собой совершенно никаких реальных оснований. Они рождаются в переломные эпохи, когда один тип мышления сменяет другой, когда старое уходит в прошлое, а ему на смену только приходит новое, но это новое не до конца понятно и осмыслено. Стремление познать «новоиспечённую» действительность рождает слухи о новой картине мира. Такие явления часто становятся предметом литературного осмысления. Вспомним классику. М.А. Булгаков, описывая в романе «Собачье сердце» Москву 20–30-х гг., очень точно описал ситуацию общественно-политического перелома со всеми нелепостями и противоречиями, которые породили слухи о том, что в столице родился ребёнок, умеющий играть на скрипке, 4 мая 1925 года Земля налетит на небесную ось, а в Обуховском переулке завелись марсиане. В реальности можно обратить внимание на то, что во время обострения кавказских конфликтов не понятно откуда начинает просачиваться информация о том, что значительное большинство всех преступлений в крупных городах России происходит именно по вине выходцев с Кавказа.   

Слухи, если они не запущены специально, для реализации конкретных задач, как правило, появляются по двум основным причинам – наличие большого интереса к теме и отсутствие достаточного количества достоверной информации по вопросу. При этом есть некоторые поправки. Слух «выстрелит» и получит быстрое распространение только в том случае, если он будет непосредственно связан с жизнью конкретных людей. То есть, в Африке не приживётся слух о том, что на эскимосском рынке ожидается сезонное повышение цен на снег.

Также существуют психологические причины распространения слухов, которые носят локальный характер и связаны с внутренними установками конкретного человека. Так, носитель уникальной информации о чём-то или ком-то сразу оказывается в центре внимания. Большая удача, если носителю таких знаний удаётся повлиять на поведение людей. Кто-то может перестать есть суши, получив информацию о том, что в них используют рыбу с радиоактивным фукусимским заражением. Распространитель слуха становится непомерно крут и авторитетен, правда, на непродолжительное время. Появление слухов может оказать способом идентификации себя, той социальной группы, к которой человек принадлежит. Это особенно наглядно проявляется в межнациональных и межконфессиональных конфликтах, позволяющих провести жирную черту между «нами» и «ними». Для многих слухи становятся способом преодоления собственных психологических проблем, они дают человеку возможность справиться с внутренним когнитивным диссонансом, хотя бы на некоторое время почувствовать себя в безопасности. Большое количество непроверенной информации о «звёздах», известных личностях может оказаться оправданием для многих – ну уж если он, такой известный, алкоголик и дебошир, то мне уж тем более можно!  

 

 

Если речь идёт о специально распространяемых слухах, которые часто появляются в период предвыборных кампаний, в условиях жёсткой бизнес-конкуренции, то здесь можно выделить определённые этапы развития и распространения ложной информации, которые можно успеть заблокировать при наличии опытного pr-штаба. Первый этап – 45 минут с момента «вброса» информации. Лучший момент для того, чтобы овладеть ситуацией, т.к. слух распространился среди небольшого количества людей. Через 6 часов – второй этап – слух выходит на широкую общественность, начинается активное муссирование в СМИ. Следующий этап – 3 дня. Телевидение и газеты написали о ситуации, начинается активное обсуждение по всем каналам, к вопросу привлекаются эксперты. 1–2 недели – слух вырос в грандиозный скандал, справиться с которым уже практически невозможно. Существует даже определённый план действий в масштабных кризисных ситуациях, спровоцированных распространением слухов – необходимо полностью удовлетворить потребность в получении достоверной, понятной, объективной информации. Информационный вакуум должен быть заполнен. Известный факт: в период Великой депрессии, время глубочайшего кризиса во всех сферах жизни, президент США Франклин Рузвельт еженедельно выступал по радио, докладывая обстановку, – это была лучшая профилактика формирования всяких слухов.

Таким образом, слухи по своей природе амбивалентны. С одной стороны, они являются способом преодоления социальной энтропии, они могут успокаивать и объединять людей. Но с другой стороны, выходя за рамки быта, слухи несут деструктивное начало. Зачастую их используют для формирования общественного мнения, имиджа конкретной личности, налаженная работа огромных организаций может быть нарушена из-за распространения слухов. Дезинформация – эффективный способ продвижения бренда и устранения потенциальных конкурентов, что может сулить последним значительные финансовые потери. Несколько лет назад серия разных слухов обернулась для итальянских фермеров колоссальным ущербом. Неподтверждаемые конкретными данными заявления о вреде местных мясных и молочных продуктов питания переросли в массовый психоз и обвал рынка. Потери фермерских хозяйств составили 12 миллиардов евро. Учитывая масштабы и порядок цифр, сразу возникает мысль – значит это кому-то выгодно?

Понимая природу, причины, способы противодействия слухам, включая критичное мышление, проверяя факты, можно противостоять такому неформальному информационному потоку. Это научит не превратиться в «массового человека», транслятора чужих мыслей и не поддаваться провокациям.   

Комментарии (0)